СОЛОВКИ
От суеты два шага до тоски,
И, видит Бог, я выдержать не смог,
И сам себя сослал на Соловки
На небольшой, но ощутимый срок.
Вдаль уплывал архангельский причал,
И ночь была, как белый день, бела,
А я скиты себе воображал
И даже слышал их колокола.
Но утро было выше всяки грез,
И весь корабль смотрел, открывши рты,
Как монастырь неумолимо рос,
Как город Китеж, — прямо из воды.
И в этот самый миг я понял вдруг,
Что можно брать любые рубежи,
Но вечным остается дело рук,
Лишь только если верой одержим.
Пять дней средь елей, камня и воды,
Ничем не скован, не обременен,
Ходил, и всюду находил следы
Двух ипостасей века, двух времен.
Вокруг башен пролегал глубокий ров,
Но ров уже не ров, а так — овраг,
И спорит сообразность куполов
С несообразным здесь: «шестой барак».
А в тыща тридцать сумрачном году,
Попав в сии священные места,
Какой-то зек соорудил звезду
На месте православного креста.
Как он забрался — знает только Бог:
Погнал ли страх, не подвела ль рука —
Но он залез, ему скостили срок,
А нам осталась память на века.
Да будет так. Пусть Соловки хранят
Студеный ветер тех недавних лет,
И в Божьем храме против Царских Врат
Пусть проступает надпись «лазарет».
Я слышал, реставраторы грозят
Весь этот остров превратить в музей.
Я вот боюсь, они не сообразят,
Какой из двух музеев нам важней,
Какой из двух музеев нам важней.
Альбом «У ломбарда» (1994)
Текст приводится по mp3-диску «Андрей Макаревич», Синтез Рекордз, 2003.