ПОСТОЙ, ПАРОВОЗ!
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Мальчонка назвал себя жуликом и вором,
И жизнь его — вечная игра.
Постой, паровоз, не стучите, колеса,
Кондуктор, нажми на тормоза.
Я к маменьке родной с последним приветом
Хочу показаться на глаза.
Не жди меня, мама, хорошего сына,
Твой сын не такой, как был вчера.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра.
А если посадят меня за решетку,
В тюрьме я решетку пропилю,
И пусть луна светит своим продажным светом,
А я все равно убегу.
А если заметит тюремная стража,
Тогда я, мальчишечка, пропал.
Тревога и выстрел, и вниз головою
Под стену тюремную упал.
Я буду лежать на тюремной кровати,
Я буду лежать и умирать.
И ты не придешь, моя милая мама
Меня обнимать — целовать.
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Я к маменьке родной, больной и голодной,
Спешу показаться на глаза.
Постой, паровоз, не стучите, колеса,
Есть время взглянуть судьбе в глаза.
Пока еще не поздно сделать остановку.
Кондуктор, нажми на тормоза.
Первоначально песня не была блатной — см. дореволюционную «Вот тронулся поезд» из репертуара Жанны Бичевской, о судьбе солдата. На основе этой старой песни где-то в 1930-е годы и был создан «Постой, паровоз!» Иногда Жанну Бичевскую обвиняют в том, что она сама придумала свою песню, переделав из «Постой, паровоз!» (см., например, интервью с исполнителем Андреем Рублевичем в альманахе «Русский Париж» № 2 (74), 2002; Рублевич относит появление «Паровоза» к 1950-м гг.), но это опровергается тем, что старая песня известна в нескольких вариантах — кроме варианта Бичевской есть еще, по крайней мере, один казачий, который доныне исполняется.
Существует женский вариант — «Девчонка» («Летит паровоз по долинам и горам. «). Аналогичные строфы о побеге есть и в других песнях — например, в одном из вариантов «Луна озарила зеркальные воды», которая поется на ту же мелодию, но немного медленнее.
Исполнение Тимура Миронова, передача «В нашу гавань заходили корабли», «5 канал», 2.05.2009:
ЛЕТИТ ПАРОВОЗ ПО ДОЛИНАМ И ВЗГОРЬЯМ…
Из сборника Фимы Жиганца «Блатная лирика», Ростов-на-Дону, «Феникс», 2001, с. 84-86.
Впервые широкая публика смогла по достоинству оценить эту замечательную песню благодаря фильму Леонида Гайдая «Операция Ы». Там её в адаптированном и изменённом виде исполнил Юрий Никулин — «Постой, паровоз, не стучите, колёса. » В уголовном мире это произведение известно ещё в 30-е годы. Как и многие другие, «Летит паровоз» является, переработкой — на этот раз известной до революции песни «Вот тронулся поезд в далёкую сторонку» (она сохранилась в репертуаре Жанны Бичевской). В оригинале речь идёт о солдате, которому дали отпуск для прощания с матерью перед отправкой на фронт:
«Вот тронулся поезд в далёкую сторонку —
Кондуктор, нажми на тормоза:
Я к маменьке родной с прощальным поклоном
Спешу показаться на глаза.
Летит паровоз по долинам и взгорьям,
Летит он неведомо куда;
Я к маменьке родной заеду ненадолго,
А срок мне представлен на три дня.
Прости меня, мама, Прости, дорогая! —
Вот всё, что я маме скажу.
Теперь я не знаю, в которую минуту
Я буйную голову сложу. »
Уркаганский мир придал песне несколько иную окраску. В марте 1996 года в «Комсомольской правде» было напечатано интервью с питерским литератором Николаем Ивановским, который как бы между прочим утверждал, что песню «Постой, паровоз» написал именно он. Ивановский родился в 1928 году, а создание песни относит к 1946 году, когда ему было 18 лет. В то время Ивановский отбывал наказание в местах лишения свободы, был рецидивистом позже участвовал в резне «честных вopoв» и «сук». Ивановский — член Союза писателей, автор нескольких прозаических книг, но, к сожалению, приходится признать, что претензии на авторство «Паровоза» со стороны Ивановского совершенно безосновательны. Литератор даже не удосужился познакомиться с историей песни, которую цитировали ещё арестанты довоенного времени. А уж городской дореволюционный романс и вовсе развеивает всякие мифы об «авторстве» Ивановского.
Летит паровоз по долинам и взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Мальчишка назвал себя жуликом и, вором,
И жизнь его — вечная игра.
Постой, паровоз, не стучите, колёса,
Кондуктор, нажми на тормоза!
Я к маменьке родной с последним приветом
Спешу показаться на глаза.
Не жди меня, мама, хорошего сына —
Твой сын не такой, как был вчера:
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра.
А если посадят меня за решётку,
В тюрьме решётку я прорву. (1)
И пусть луна светит своим продажным светом —
А я, всё равно я убегу!
А если заметит тюремная стража —
Тогда я, мальчишечка, пропал:
Тревога и выстрел — и вниз головою
Сорвался с баркаса (2) и упал.
Я буду лежать на тюремной кровати,
Я буду лежать и умирать…
А ты не придёшь ко мне, родная мама, (3)
Меня приласкать, поцеловать.
Летит паровоз… и т. д.
Две последние строки куплетов повторяются
(1) Вариант — «Свободу я в сердце сберегу».
(2) Баркас, барказ — тюремная стена (устаревш.). Вариант — «с карниза». Любопытно, что на «старой фене» было два разных обозначения стены в зависимости от её «функций»: «баркас» — стена тюремная, и «батис» — стена в магазине, банке или других объектах для краж с проломом. Сейчас оба слова — забыты.
(3) Вариант – «А ты не придёшь ко мне, милая мамаша», «И вы не придёте, любимая мамаша» и пр.
Историю дискуссии о дореволюционном происхождении песни см. Фима Жиганец «Паровозный детектив: хроника битвы» (2006).
ВАРИАНТЫ (5)
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Мальчишка назвал себя жуликом и вором,
И жизнь его — вечная игра.
Постой, паровоз, не стучите колеса,
Кондуктор, нажми на тормоза!
Я к маменьке родной с последним приветом
Хочу показаться на глаза.
Не жди меня, мама, хорошего сына!
Твой сын не такой, как был вчера.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра.
А если посадят меня за решетку,
В тюрьме я решетку пробью,
И пусть луна светит своим продажным светом,
А я все равно убегу.
А если заметит тюремная стража,
Тогда я, мальчишечка, пропал.
Тревога и выстрел, и вниз головою
Под стену тюремную упал.
Я буду лежать на тюремной кровати,
Я буду лежать, умирать.
И вы не придете, любимая мамаша,
Меня перед смертью целовать.
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Я к маменьке родной, больной и голодный,
Спешу показаться на глаза.
Блатная песня: Сборник. – М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002.
Летит паровоз по долинам, по взгорьям.
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Мальчишка назвал себя жуликом и вором,
И жизнь его — вечная игра.
Постой, паровоз, не стучите колеса,
Кондуктор, нажми на тормоза!
Я к маменьке родной с последним приветом
Хочу показаться на глаза.
Не жди меня, мама, хорошего сына!
Твой сын не такой, как был вчера.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра!
А если посадят меня за решетку,
В тюрьме я решетку пробью,
И пусть луна светит своим прощальным светом,
А я все равно убегу.
Но если заметит тюремная стража,
Тогда я, мальчишечка, пропал.
Тревога и выстрел, и вниз головою
Под стену тюремную упал.
Я буду лежать на тюремной кровати,
Я буду лежать, умирать.
И вы не придете, родная мамаша,
Меня в дальний путь провожать.
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Я к маменьке родной, больной и голодный,
Спешу показаться на глаза.
Как на Дерибасовской. Песни дворов и улиц. Книга первая / Сост. Б. Хмельницкий и Ю. Яесс, ред. В. Кавторин, СПб.: Издательский дом «Пенаты», 1996, с. 251-253.
2. Постой, паровоз!
Летит паровоз по долинам по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Мальчонка назвал себя жуликом и вором,
И жизнь его — вечная тюрьма.
Постой, паровоз, не стучите, колеса,
Кондуктор, нажми на тормоза.
Я к матери родной, больной и голодный,
Хочу показаться на глаза.
Не жди меня, мама, хорошего сына.
А жди меня — жулика, вора.
Меня засосала тюремная трясина
И жизнь моя — вечная тюрьма.
А если посадят меня за решетку —
В тюрьме я решетку пропилю.
И пусть луна светит своим продажным светом,
А я все равно же убегу.
А если заметит тюремная стража,
Тогда я, мальчонка, пропал!
Тревога и выстрел, и вниз головою
С баркаса я сорвался и упал.
Я буду лежать на тюремной кровати,
Я буду лежать и умирать.
А ты не придешь ко мне, милая мамаша,
Меня обнимать и целовать.
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Мальчонка назвал себя жуликом и вором,
И жизнь его — вечная тюрьма.
Постой, паровоз, ну, не стучите, колеса!
Кондуктор, нажми на тормоза!
Я к матери родной с последним поклоном
Хочу показаться на глаза.
Расшифровка фонограммы в исп. В. Высоцкого (1963-64 гг.) с сайта «Блатной фольклор».
3. Постой, паровоз
Из кинофильма «Операция Ы»
Постой, паровоз, не стучите, колеса,
Кондуктор, нажми на тормоза.
Я к маменьке родной с последним приветом
Спешу показаться на глаза.
Не жди меня, мама, хорошего сына,
Твой сын не такой, как был вчера:
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра.
Постой, паровоз, не стучите, колеса,
Есть время взглянуть судьбе в глаза.
Пока еще не поздно нам сделать остановку,
Кондуктор, нажми на тормоза.
4. С последним приветом
Постой, паровоз, не стучите колеса.
Кондуктор, нажми на тормоза.
Я к маменьке родной с последним приветом
Спешу показаться на глаза.
Не жди меня, мама, хорошего сына.
Твой сын не такой, как был вчера.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра.
Уж скоро я буду в тюрьме за решеткой.
Стальную решетку не порву.
И пусть вдоволь светит луна манящим светом,
Я все равно отсюда не сбегу.
И скоро я буду в тюремной больнице
На койке продавленной страдать.
И ты не приедешь ко мне, мама родная.
Меня приласкать, поцеловать.
А после я лягу в иную постельку,
Укроюсь сыпучей землей.
И ты не придешь ко мне, мама родная,
Узнать, где сыночек дорогой.
Постой, паровоз, не стучите колеса!
Есть время взглянуть судьбе в глаза.
Пока еще не поздно нам сделать остановку,
Кондуктор, нажми на тормоза!
Песни нашего двора / Авт.-сост. Н. В. Белов. Минск: Современный литератор, 2003. – (Золотая коллекция).
1. Постой, паровоз, не стучите, колеса,
Кондуктор, нажми на тормоза!
Я к маменьке родной, больной и голодной,
Спешу показаться на глаза.
2. Не жди меня, мама, хорошего сына,
Твой сын не такой, как был вчера.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра!
3. А если я сяду в тюрьму за решетку,
В тюрьме я решетки все прорву.
И пусть луна светит своим продажным светом,
А я всё равно убегу!
4. А если я лягу в тюремную постельку,
Я буду страдать и умирать.
И вы не придете ко мне, мать родная,
Меня приласкать, поцеловать.
5. Постой, паровоз, не стучите, колеса,
Есть время взглянуть судьбе в глаза.
Я к маменьке родной с последним приветом
Спешу показаться на глаза.
Две последние строки куплетов повторяются
Павленко Б.М. «На Дерибасовской открылася пивная. »: песенник: популярные дворовые песни с нотами и аккордами / Сост. Б.М. Павленко. — Ростов н/Д: Феникс, 2008. — (Любимые мелодии). C. 77.