Ручку мну до боли в кулаках,
Хочется писать о дураках.
Жил, водился, изводился как,
Чистый и непуганый дурак.
Разнесчастна дуракова жизнь —
Умных опиши, хоть запишись —
Дураков — ни-ни! — попробуй тронь,
Дураки, они имеют бронь!
Помню, встарь схлестнутся дураки
И с трибуны чешут языки.
Шпарят без запиночки с листка —
Любо посмотреть на дурака!
А потом ударятся в хлопки —
Очень уважали дураки,-
Бьют в ладоши аж до синяка —
Во мозоль была у дурака!
А захочет кто не по листку —
Главному доложат Дураку.
— «Выяснить немедля, кто таков?» —
И напустят полудураков.
Подцепить, да чтоб не слез с крючка,
Малого запустят дурачка —
Эти были малые ловки, —
Даром, что считались — дураки.
Выяснили: этот самый фрукт
В стильный наряжается сюртук,
Без «текстильшвейторга»-ярлыка,
Чем, конечно, ранит дурака.
И тотчас большой дурацкий хор:
— «Негодяю мы дадим отпор!
Запретить заморские портки,
Раз не носят это дураки!».
И собранье, выкатив глаза,
Все — стоймя, двумя руками — за!
— Да, пора посбить им каблуки,
Всех — в ремки, и — марш на Соловки!
Да в дорогу надавать пинков —
Дольше будут помнить дураков,
И держать до самого звонка,
Чтобы стал похож на дурака!
В общем, стали численно крепки
И зажили крепко дураки.
Стали даже каждый стар и млад
На свой лад вносить научный вклад.
И пошли несметные труды
О целебных свойствах лебеды,
И корову дергать за соски
Втрое чаще стали дураки.
Но в три раза больше молока
Не текло на душу дурака.
И запил тогда в большой тоске
Алкоголь дурак на дураке.
И пошла их жизнь хромым-хрома,
И пришло к ним горе от ума,
И ученый ихний умный весь
Кликнул: «Братцы, это же болезнь. «.
Вроде СПИДа или трипака —
Коллективный вирус дурака!
А коли так, дела наши плохи,
Разбегайтесь, братцы-дураки!
И пошел меж ними сброд и смут,
Притащили дурни свой талмуд,
И искали, где же та строка,
Выяснить, как лечат дурака?
Но в талмудном ихнем том труде
Про «лечить» не сказано нигде.
В нем про «Счастье на вовек веков
Для счастливых равных дураков».
А в конце приписка от руки:
«Надо верить. Если дураки»