Прокурлычат журавли, стоном ткнув под ребрышко,
На пороге старики ряжены стоят.
Вот опять дожди пошли, запотело стеклышко.
Отпусти, господь, грехи, уезжаю я!
С плеч осиновый листок, раскурюсь махоркою,
Бестолковую слезу смою дождевой,
Ну, давай на посошок, наливай-ка горькую,
И когда еще теперь я вернусь домой!
Кабакам — кабацкий дым,
Птицам — высь раздольную.
Благодать и мир — святым,
А закрытым — вольную.
Пацанам — красивых снов,
Павшим — небо царского,
Девочкам подать любовь,
А братве — шампанского!
Давит осень на виски, сон был в руку, — понял я.
Открывайте ворота, разбирайте стол.
Паровозные гудки, в рамке фотография,
Я бы спел, да песнь не та. Ладно, все, пошел!
Кабакам — кабацкий дым,
Птицам — высь раздольную.
Благодать и мир — святым,
А закрытым — вольную.
Пацанам — красивых снов,
Павшим — небо царского,
Девочкам подать любовь,
А братве — шампанского!
Прокурлычат журавли, стоном ткнув под ребрышко,
На пороге старики ряжены стоят.
Вот опять дожди пошли, запотело стеклышко.
Отпусти, господь, грехи, уезжаю я!
Кабакам — кабацкий дым,
Птицам — высь раздольную.
Благодать и мир — святым,
А закрытым — вольную.
Пацанам — красивых снов,
Павшим — небо царского,
Девочкам подать любовь,
А братве — шампанского!