Г. Зиновьев
«Я ИДУ НЕ ПО НАШЕЙ ЗЕМЛЕ. »
Об авторе текста известной песни
В ноябре 2004 года в Центральном Доме Художников (ЦДХ) в Москве прошла мемориальная выставка заслуженного художника РСФСР, графика, мастера городского пейзажа и картин военного времени Георгия Храпака (25.08.1922 — 1974). В экспозиции было представлено послевоенное творчество живописца.
За свою непростую и недолгую жизнь Георгию Васильевичу Храпаку пришлось испытать и нечеловеческие ужасы войны и жестокую тяжесть «сталинских» лагерей ГУЛАГ. В 1941-ом году, прямо со студенческой скамьи, 19-летним юношей Георгий ушел в Советскую Армию, и был отправлен прямо на фронт, приближавшийся на тот момент к Москве. Поразительное дело: в конце войны, оказавшийся надолго вдали от родного дома молодой человек, пишет письмо любимой девушке, неожиданно для себя внезапно переходит с прозаического текста на стихотворный размер, и вдруг это его вполне частное послание со временем оказывается широко известным текстом, созвучным настроению сотен, а то и тысячей незнакомых людей самых разных поколений. Появляется песня, способная не только надолго пережить своего автора, но и вербовать в свои ряды все новых и новых поклонников. Именно так и случилось со стихотворением Георгия Храпака «Я тоскую по родине», написанным им в последние месяцы войны в Румынии.
Я иду не по нашей земле,
Просыпается серое утро.
Вспоминаешь ли ты обо мне,
Дорогая моя, златокудрая?
«Тема» тоски по родине, прозвучавшая в стихотворении Георгия Храпака, была настолько сильно «созвучна» духу «эмигрантской ностальгии», что долгое время считалось, будто бы песня эта «эмигрантская», а её автором в ряде справочников и по сей день указывается руководитель инструментального джаз-оркестра Петра Лещенко выдающийся пианист-композитор и российский эмигрант Жорж Ипсиланти, более десяти лет аккомпанировавший популярному певцу на его сольных концертах (Ж. Ипсиланти — предполагаемый создатель песни «Здесь под небом чужим» и автор многих лирических танго 30-х: «Вернись», «Два сердца», — и других песен; после прихода к власти в Румынии прокоммунистического правительства в 1948-ом году Жорж Ипсиланти вместе с супругой певицей Мией Побер эмигрировал из Румынии в США).
В действительности же история создания популярной песни сложилась по-другому. По воспоминаниям вдовы знаменитого российского певца-эмигранта Петра Лещенко Веры Георгиевны Белоусовой-Лещенко, в декабре 1944-го года в г. Бухаресте (где в тот период проживал Пётр Лещенко) после одного из многочисленных концертов исполнителя, выступавшего перед воинскими частями Советской Армии, к Лещенко подошёл молодой солдат, представившийся фронтовым художником Георгием, и передал ему своё стихотворение. Прочитав стихи, Пётр Лещенко был буквально сражён их искренностью и образами, заметив при этом удивлённо, что хороший художник пишет не менее замечательные стихи. Не откладывая дела «в долгий ящик», Лещенко познакомил Георгия Храпака с пианистом и композитором Жоржем Ипсиланти, вместе с Георгием Храпаком они доработали стихи до окончательного варианта (были переставлены отдельные слова, а фразу «серое утро» в 1-ом куплете, изменили на «синее утро»). В итоге Ж. Ипсиланти сочинил к ним превосходную мелодию, назвав композицию романс-танго «Письмо из Румынии», даже выпустив по этому случаю рекламный буклет, на лицевой стороне которого была помещена фотография его супруги певицы Мии Побер, а на обратной — ноты и слова новой песни.
Талантливый художник-солдат Георгий Храпак пообещал до своего отъезда из Бухареста обязательно ещё раз навестить Петра Лещенко, чтобы показать ему свои фронтовые художественные зарисовки, а Лещенко пообещал помочь устроить Георгию небольшую персональную выставку его работ в Бухаресте, однако больше автору замечательного стихотворения и великому певцу встретиться не удалось. А вскоре в одном из концертов готовая песня впервые прозвучала в исполнении знаменитого певца Петра Лещенко (всегда объявлявшего её под названием «Я тоскую по Родине»), специально созданная для певца и ставшая на тот момент для него одной из любимейших композиций в репертуаре, которой он часто заканчивал многие свои концертные выступления в середине-конце 40-х годов.
В 1945-48-ом годах Пётр Лещенко неоднократно предпринимал попытки записать эту песню на граммофонную пластинку в студиях «Электрокорд» и «Коламбия», и один раз запись этой песни (под аккомпанимент аккордеона и гитары) всё же состоялась на румынском «Электрокорде», но с приходом в страну новой власти и смены руководства на студии многие тиражи новых пластинок были уничтожены и, к сожалению, песня «Я тоскую по Родине» в исполнении Петра Лещенко, которую он называл «своей лебединой песней», так и не сохранилась. В результате довольно долгое время песня оставалась недоступной широкой советской публике, хотя продолжала звучать в эмигрантских кругах и зажила своей жизнью.
Со временем в тексте знаменитой песни менялись и переставлялись местами строчки, но смысл всегда оставался прежним. Вот таким причудливым образом переплелись грусть и тоска по дому в душе молодого солдата-художника с духом подлинно «эмигрантской» ностальгии выходцев из царской России. По воспоминаниям вдовы Петра Лещенко, в течении нескольких послевоенных лет певец предпринимал попытки разыскать Георгия Васильевича Храпака и отблагодарить его за созданный текст его любимой песни, но поиски автора ни к чему не привели (как выяснилось потом, с 1948-го по 1953-ый годы Георгий был репрессирован и находился в заключении).
Позднее в СССР, в конце 60-х годов, песню «Я тоскую по Родине» спел и записал на пластинку известный актёр московского Малого Театра, ректор щепкинского Театрального училища, исполнитель песен и романсов Михаил Новохижин (один из первых официальных исполнителей популярнейшей песни военных лет — «В землянке»).
Уже в наши дни эту песню исполняет «серебрянный голос России» певец-тенор Олег Погудин. Но большинству слушателей песня «Я тоскую по родине», пожалуй, больше всего запомнилась в исполнении «королевы русского романса» эмигрантской певицы Аллы Баяновой (в середине 30-х годов бывшей супругой пианиста Жоржа Ипсиланти), а также запрещённого ленинградского певца Аркадия Звездина-Северного, замечательно исполнявших её в 60-е — 70-е годы. Так же, не менее ярко и душевно, исполняла эту песню в 50 — 60-е замечательная эмигрантская певица Сара Горби (Горбевич).
Проезжаю теперь Бухарест.
Всюду слышу я речь неродную.
И от всех незнакомых мне мест
Я по родине больше тоскую.
Здесь идут проливные дожди,
Их мелодия с детства знакома.
Дорогая, любимая, жди,
Не отдай мое счастье другому.
Уроженец Киева, Георгий Васильевич Храпак родился в 1922 году и вскоре вместе с матерью переехал в Москву. Свои занятия живописью он начал в Московском городском Доме пионеров. В 1941-ом Г. Храпак окончил Московское художественном училище им. Памяти 1905 года, где учился в мастерской у пейзажистов П.И. Петровичева и В.Н. Бакшеева. В самом начале войны попал в армию, а в конце 1941-го был направлен в Студию военных художников им. М.Б. Грекова и уже через полгода участвует в выставке фронтовых работ студии.
В составе студии военных художников Георгий Храпак прошел всю Великую Отечественную войну: Западный фронт, 4-й Украинский фронт. Подобно фронтовым фото-корреспондентам, художник много рисовал на передовой. В 1943 году он представил на выставку московской Студии военных художников им. М.Б .Грекова» большую серию своих графических работ, выполненных на Западном фронте. Потом, уже в 1944-45 годах, были Австрия, Румыния, Чехословакия, Германия и Дальневосточный фронт. Его качественные фронтовые рисунки появляются в годы войны на страницах журналов «Огонёк», «Смена» и в других изданиях.
По этим картинам можно изучать ход войны. Это не стандартные виды красивых европейских городов, а настоящая летопись Великой Отечественной, уникальная запечатленная на пожелтевших листах, где изображены руины памятников архитектуры и сражения на улицах и в небе. Молодой художник рисовал их в перерывах между боями, положив на колени листок бумаги. Художники военной поры, такие как Г. Храпак, О. Павлов, В. Щеглов, М. Володин и др., видели трагедию войны и радость победы и постарались донести свои воспоминания до будущих поколений.
В годы войны вполне профессиональный к тому времени коллектив художников-грековцев нес свою особую службу на разных фронтах Великой Отечественной. На основе этого фронтового материала были созданы десятки знаменитых произведений, одно упоминание которых воскрешает в памяти целую эпоху жизни страны: это знаменитые плакаты «Дойдем до Берлина», картины «Победа», «Мать», мемориал «Воину-освободителю» в Трептов-парке в Берлине и многие другие значительные произведения военной и послевоенной поры.
В первый год мирной послевоенной жизни, в 1946-м, художник Георгий Храпак вступил в московский творческий союз (МОСХ). Мотивы его послевоенных работ — это картины оживленных улиц и тихих переулков, памятники древнего зодчества, столичная архитектура и новые современные постройки.
В 1948-ом Георгий Храпак был репрессирован и почти пять лет провёл в заключении (возможно, из-за той самой связи в 1944-м году с русскими эмигрантами в Румынии, Петром Лещенко и Жоржем Ипсиланти, в результате которой родилась знаменитая песня). Вернувшись из лагеря в 1953-м году, вскоре после смерти Сталина, Храпак был в числе тех живописцев, которые в годы «хрущевской оттепели» приложили немалые усилия к восстановлению в правах лишенного ложного пафоса лирического городского пейзажа. Он пишет этюды и пейзажи Москвы и Подмосковья, Ленинграда, Бухары, Воронежа, Крыма, Швеции, Ярославля, Костромы, Карелии, Баку.
В послевоенные годы Храпак нашел свою тему в искусстве. Тема города стала главной в творчестве художника. Художник тонко чувствовал «ритм» городов, его влекло к оживленным улицам, бульварам. Георгий Васильевич умел найти свой кадр в мелькающей картине города. Особенно выделяется его московский цикл. Это не просто виды, а зафиксированная жизнь любимого города. В 1961 и в 1966 годах проходят его большие персональные выставки, он получает звание «Заслуженный художник РСФСР». Георгий Храпак был многократным участником всесоюзных, молодежных и республиканских художественных выставок. Скончался Георгий Васильевич на 52-ом году жизни. Осенью 1974 года в Москве состоялась посмертная выставка художника, прошедшая в ЦДРИ.
Ныне его работы входят в экспозиции Государственной Третьяковской галереи, Музея истории и реконструкции Москвы, Центрального музея Вооруженных Сил, экспонируются на зарубежных выставках советского (российского) искусства. В 60-80-е годы вышли книги с репродукциями его картин: «Ярославль» (из серии «Памятники древнего зодчества»), «По Швеции» (с путевыми зарисовками). Опубликованы наборы открыток, буклетов и альбомов с сериями его работ по городам: «Загорск», «Баку», «Абхазия», «Кострома», «Ульяновск», «Карелия» и многие другие. Картины художника представляют собой талантливую и качественную живопись своего времени, своей эпохи.
В московском Центральном Доме Художника (ЦДХ) периодически проводятся выставки работ и вечера памяти художника. К 60-летию Победы в Великой Отечественной войне в стенах Государственной Думы проводилась большая художественная выставка «Дорогами войны», где вместе с работами других художников военных лет экспонировались и картины Георгия Храпака.
В 2006 году издательством «Галерея: Времена года» был издан цветной альбом-монография, посвящённый мастеру городского пейзажа Георгию Васильевичу Храпаку.
«Я ИДУ НЕ ПО НАШЕЙ ЗЕМЛЕ. »
(«Я тоскую по родине»)
Музыка Жоржа Ипсиланти
Слова Георгия Храпака
Я иду не по нашей земле.
Просыпается серое утро.
Вспоминаешь ли ты обо мне,
Дорогая моя, златокудрая?
Предо мною чужие поля.
Как у нас в голубом тумане,
Серебрятся вдали тополя
Этим утром холодным, ранним.
Я тоскую по родине,
По родной стороне моей.
Я теперь далеко-далеко
В незнакомой стране.
Я тоскую по русским полям.
Мою боль не унять мне без них.
И по серым любимым глазам,-
Как мне грустно без них.
Проезжаю теперь Бухарест.
Всюду слышу я речь неродную.
И от всех незнакомых мне мест
Я по родине больше тоскую.
Там идут проливные дожди.
Их мелодия с детства знакома.
Дорогая, любимая, жди,
Не отдай мое счастье другому.